Распространение христианства в Древней Руси

В.В. Седов
Распространение христианства в Древней Руси (по археологическим материалам).


До начала XI в. (после 988 г.) можно говорить лишь христианизации какой-то части городского населения Киева и Новгорода.
В XI-первой половине XII в. сельское население Древней Руси остается языческим целиком, о чем отчетливо свидетельствуют курганные древности. Обычай сооружать курганные насыпи для погребений получил повсеместное распространение в лесной и лесостепной полосах славянского расселения с VI-VII в. и обусловлен языческими представлениями. Древним погребальным ритуалом славянства было трупосожжение. Посмертная кремация глубоко связана с языческим мировоззрением ранних славян и уходит корнями к индоевропейскому прошлому.
Подробнее

Новгородская округа (кон) в IX-XII вв.

В. А. Буров
Новгородская округа (кон) в IX-XII вв.


Изучение волости в земле смоленских кривичей показывает, что в основе административно-территориального деления Руси в это время был так называемый кон, восходящий к родовой основе. Кон являлся низшей структурной единицей малого племени. Признаками кона были: 1. Наличие гнезд поселений, которые отождествляются с вервями-концами (слова «вервь» и «конец» этимологически являются синонимами; «вервь» — а) веревка, шнур; нить; б) мерная веревка, измерительный шнур; в) территориальная община; «конец» — а) нить, нитка; б) мера длины; в) часть территории, преимущественно окраинная; городская община). 2. Наличие старейшего поселения, укрепленного или неукрепленного. 3. Наличие городища — убежища. 4. Наличие святилища и сакральной зоны с курганными могильниками. 5. Затухание местного центра в конце I тыс. н. э. в связи с утверждением на Руси новой великокняжеской династии Рюриковичей. 6. Появление в конце XI — начале XII в. феодальных замков в отдельных концах-гнездах в связи со становлением вотчины.
Подробнее

Опыты комплексного картирования памятников археологии

С.Л. Кузьмин, А.В. Петров, Е.Б. Рубина

Опыты комплексного картирования памятников археологии на Северо-Западе новгородской земли (бассейн р. Плюсса)


В бассейне р. Плюсса, как известно, происходит наложение ареалов двух основных групп погребальных памятников второй половины I тыс. н.э. - сопок и длинных курганов. Именно поэтому здесь ярче всего прослеживаются закономерности размещения различных типов памятников в определенных приуроченность сопок к суглинистым почвам, а длинных курганов к песчаным. Картирование сопок и длин¬ных курганов в бассейне р. Плюссы полностью подтвержда¬ет справедливость этого вывода. В размещении памятников культуры длинных курганов прослеживается следующая, структура: комплект-гнездо-регион. Комплект состоит из нескольких курганных групп, расположенных друг от друга, на удалении не более 0,5 км. В ряде случаев в состав комплекта входит городище с определенным типом фортификации (Люботежь, Большое Крюково, Щир). Два-три комплекта удаленные друг от друга на 5-8 до 10 км, образуют гнездо. Внутри гнезда имеются изолированные, не связанные с каким-либо комплектом памятники, обычно находящиеся на периферии гнезда. Рассматриваемая территория вместе Верхним Полужьем, районом озера Самро и восточным побережьем Чудского и Псковского озер представляет достаточно целостный регион, с четко очерченными границами.
Подробнее

Сельское расселение и формирование системы погостов

Н.И. Платонова

Сельское расселение и формирование системы погостов на Северо-Западе Новгородской земли


Сельское расселение эпохи раннего и позднего средневековья следует рассматривать как систему взаимно обусловленных факторов — географических, демографических, социальных, хозяйственных. Изменения в одной из этих областей имеют следствием перестройку целого.
При решении вопросов, связанных с историей деревни IX-ХШ вв. наиболее эффективным является синтетическое исследование, обобщающее данные нескольких смежных на¬ук. Для этого периода характерен значительный удельный вес археологических материалов в общем корпусе источни¬ков. Данные археологии, будучи рассмотрены под опреде¬ленным углом зрения, могут не просто дать качественно но¬вую информацию, но и помочь точнее оценить разнородные фрагментарные свидетельства древнерусской письменности.
Подробнее

6 рота

В тот день никто из нас,
Не знал,что в небеса,
Уйдем мы вместе как крылатая пехота,Прощайте горы, реки и леса,
Но отступать нам было неохота.


Комбат сказал тогда,
Мы принимаем бой.
Зачем на нас из шелка аксельбанты.
Живими не вернуться нам домой
Но нас запомнят негры этой банды,


Еще дымилась мерзлая земля,
Кричал комбат приказ артиллеристам,
Прощайте братцы, все снаряды на меня,
И дали пушкари по террористам.

И мы теперь живём на облаках,
Без парашютов по небу гуляем,
А, в марте, на земле во всех церквах,
На панихиде о нас люди вспоминают.

Шумилов Михаил, март 2008 Г. Москва
Подробнее

Еще одна песня "6-я рота"

Нижегородский “Новый Самиздат при ЦК СПП(Д)” (www.yuganov1.chat.ru)
знаменует 8-ю годину подвига псковских десантников песнью “6-я рота”.
Двое наших земляков не вернулись с высоты 776.
Вечная слава всем героям-десантникам !
6 – Я РОТА
(Псковская песнь)
ПОСВЯЩАЕТСЯ
бойцам и офицерам 6-й парашютно-десантной роты
и подразделения разведки 104-го полка 76-й Псковской
воздушно-десантной дивизии, павшим в неравном бою
с превосходящими силами противника в Аргунском
ущелье под Улус-Кертом 29 февраля – 1 марта 2000 г.


ИСПОЛНЯЕТСЯ
на надлежащий мотив песен Владимира Высоцкого,
к примеру, “ Штрафные батальоны “: “ Всего лишь
час дают на артобстрел, / Всего лишь час пехоте
передышки… “

Поймал меня ( раз, два ) потом призвал ( Ать-два ! )
наш райкомат, закрывши мною квоту.
Но я ж детдомовский, и я попал
отнюдь не в первую – в шестую роту. [/b][b]
Подробнее

"6 рота"

"6 рота"

В конце зимы в горах
Орда несметная
Мы встали на пути
Арабам смертникам.
Шестая рота мы,а их две тысячи,
У них Идрис-оглы, у нас Васильичи.

***

И мы пошли на них
Волна десантная,
Летит на каждый чих
Дробь автоматная.
Мы перекрыли путь
Хаттабу черному.
С гор повалила муть
Слетались Вороны

Простите нас друзья,
Отцы и матери
И поминальные
Стелите скатерти.
За то,что мы пришли
Домой с пожарища.
Нашли покой с тобой
На разных кладбищах.

Не пропустили мы
Бандитов полчища,
Читает ветер нам
"Живые в помощи".

***

Теперь мы вместе все.
Живем на небушке.
Пусть на Земле
О нас не плачут девушки.
Не пропила еще Россия датая!
Свои отважные войска десантные!

Михаил.Москва-Царицыно 2008
Подробнее

памятник Романова Горка

По материалам монографии С.Л. Санкиной «Этническая история средневекового населения Новгородской земли по данным антропологии». СПб.: изд-во Дмитрий Буланин, 2000. 109 с.
Население Пскова XII в. (памятник Романова Горка)


Наиболее ранний антропологический материал, представляющий городское население Пскова XII в. происходит из кладбища, обнаруженного археологом ИИМК В.И. Кильдюшевским в результате раскопок на территории Романовой Горки.
В ХVII в. этот участок непосредственно примыкал к Большому Псковскому Торгу, вокруг которого концентрировались богатые купеческие дворы. Романова горка, расположенная между одной из самых оживленных улиц города - Великой улицей и Торгом, являлась наиболее удобным местом для жилья торговых посадских людей, именно здесь число дворов богатых торговцев достигало в ХVII в, наибольшей концентрации. Поэтому, когда во второй половине ХVII в. в Пскове развернулось широкое строительство каменных жилых домов, именно здесь их появилось более всего. В настоящее время первоначальная история этих зданий и их владельцев не установлена. В литературе их принято называть либо именами последних владельцев, либо условными наименованиями. Памятники, входящие в этот комплексе, следующие: 1. Дом Марины Мнишек (к историческому лицу отношения не имеет), 2. Дом Сутоцкого (первые палаты Меншиковых), 3. Дом Яковлева (вторые палаты Меншиковых), 4. Второй дом Сутоцкого, 5. Дом Предводителя дворянства, 6. Дом Карамышева.
Подробнее

Население Пскова эпохи позднего средневековья

По материалам монографии С.Л. Санкиной «Этническая история средневекового населения Новгородской земли по данным антропологии». СПб.: изд-во Дмитрий Буланин, 2000. 109 с.
Население Пскова эпохи позднего средневековья


Население Пскова XIV–XVI вв. представлено краниологическими сериями из кладбищ Довмонтова города и Нововознесенской церкви. Костные останки получены в результате раскопок, проводившихся в 1960-х гг. псковской экспедицией Государственного Эрмитажа под руководством известного археолога В.Д.Белецкого.
Были исследованы останки 51 мужчины и 37 женщин. Женщины чаще умирали в молодом возрасте (20-35 лет), мужчины – в зрелом (35-45 лет). До возраста 55 лет и старше псковичи эпохи позднего средневековья доживали редко.
Как в мужской, так и в женской подгруппах наблюдается антропологическая неоднородность, выходящая за пределы нормальных внутригрупповых вариаций. Отмечаются как черепа с выраженными европеоидными особенностями (массивные длинноголовые, с высоким профилированным лицом и сильно выступающим носом), схожие с черепами псковичей XII в., так и грацильные круглоголовые, с уплощенным низким лицом и слабо выступающим носом. Первых значительно меньше, чем вторых, основную массу составляют варианты, которые можно было бы счесть “промежуточными”.
Подробнее

Два черепа XVI-XVII вв. из Изборска

По материалам одноименной статьи С.Л. Санкиной // Радловские чтения. Материалы годичной сессии МАЭ. СПб., 2008. С.224-230.

Два черепа XVI-XVII вв. из Изборска (могильник Скудельня).

Самым крупным позднесредневековым кладбищем Изборска был могильник, расположенный в урочище Скудельня. Захоронения здесь производились с XI века. Располагался могильник Скудельня в 0,2-0,4 км к западу от посада, и в настоящее время в значительной степени разрушен и занят строениями и усадьбами. Сохранилось около десятка могил, обозначенных оградками из валунов.
В 1953 г. ленинградский археолог Г. П. Гроздилов исследовал здесь одну из жальничных могил. «Нами раскопана одна жальничная могила XI -XII вв., находившаяся в урочище Скудельня, в 200-250 м к западу от крепости. Курган-жальник представлял собой невысокую насыпь, выложенную по основанию крупными валунами, образующими замкнутое кольцо, причем камни ограждения, несмотря на большие размеры, выступали на поверхность лишь своими верхними площадками. Могила оказалась использованной для позднейших захоронений. В ней открыты 6 погребений в гробовищах. На трех скелетах были найдены бронзовые нательные крестики XVI-XVII вв. Древние же погребения, связанные с первичным сооружением жальника, не сохранились.» (Г.П. Гроздилов. Археологические памятники Старого Изборска.//Археологический сборник. 1965. Вып. 7. :Материалы и исследования по археологии европейской части СССР. Л.: "Сов. художник", 1965. С.65-88)
Подробнее